Vigele

Каплунова Полина Израильевна, родилась в Полтаве, живёт в Москве.

ERROR: Не найдена метка файла MP3, вы должны указать файл в первой же строке

Каплунова Полина Израильевна

STE-061-BL.mp3

Clean

Fragments Editor


фрагмент 00:00:00—00:00:50

И.: Да. Ещё раз, что пели?
П.И.: Пели все наши русские песни.
И.: Или украинские? Украинские, может быть?
П.И.: Ну не то что русские… эти самые, такие… сугубо русские…
И.: Советские.
П.И.: …советские, а пели вот эти вот, которые в это время написали все наши замечательные музыканты.
И.: Это на праздниках?
П.И.: Да, и по праздникам тоже пели их. Но еврейских песен не пели. Мама пела сама по себе, а так вместе мы не пели на праздники еврейские песни, потому что у нас очень смешанные знакомства. Друзей много русских, и это было, конечно, ни к чему.

фрагмент 00:00:50—00:01:32

И.: Ну… нет, ну праздник, если праздник был еврейским, наверное, был смысл?
П.И.: Еврейский праздник, всё равно… на еврейском уже очень мало кто говорил. Вот такие только пожилые люди, как мама и папа мои, понимаете, а другое поколение уже вот, смотрите – уже не знает еврейского языка. Дочка моя, правда, которая вообще языки поглощает – она знает еврейский, и она пела… она не пела, но она их знает. Вот. А ребята наши уже ничего не знают.

фрагмент 00:01:32—00:01:59

П.И.: У вас дети есть?
И.: Трое.
П.И.: Трое?
И.: Трое.
П.И.: А они где учатся?
И.: Младшая совсем маленькая, ей ещё только полтора года. Средняя учится в школе, а старшая в колледже поварском.
П.И.: В школе…каком?
И.: В колледже поварском. На повара.
П.И.: Это хорошо.
И.: Да.

фрагмент 00:01:59—00:02:42

И.: А свадьбы были какие-то с музыкой?
П.И.: А?
И.: Свадьбы с музыкой были ли у вас в Полтаве?
П.И.: Свадьбы…
И.: С музыкой!
П.И.: С музыкой тоже нееврейской, потому что я не помню такой свадьбы у кого-то.
И.: Чтобы приходили со скрипками кто-то…
П.И.: Нет, нет, нет. Этого не было. Нет. Всё было на русский лад уже дальше.
И.: Это после войны или до войны вы описываете, какой период?
П.И.: До войны.
И.: До войны уже было на русский лад, да?
П.И.: Конечно! А после войны я прожила только немного – вот войну прожила – с родителями, а так я жила в Москве, а они в Полтаве.
И.: Угу. Я понял, да.

фрагмент 00:02:42—00:03:35

И.: Значит, получается, что еврейская жизнь закончилась, когда они переехали из штетла, фактически.
П.И.: Они в Полтаву переехали, по-моему, знаете когда – в 20-х годах.
И.: В 20-х годах.
П.И.: А вот где были – вылетело из головы… что-то такое осталось, вроде Сумская область…
И.: А до этого? А когда они жили там, в местечке?
П.И.: Это я ничего не знаю.
И.: Не знаете.
П.И.: Я знаю только, что они… так они даже не в местечке. Небольшие города. Я бы не сказала, что это местечки. Они имели наши русские названия. Но у меня уже не сохранилось в памяти.

фрагмент 00:03:35—00:05:10

П.И.: Вот. Мало интересного я могу вам рассказать.
И.: Ничего себе! Очень интересно. Где ещё такое услышишь! Рассказ про Полтаву. Я в Полтаве бывал, ничего не знал о том, как там что было раньше.
П.И.: Вы знаете, ну буквально, во-первых, за два примерно, три дня до этого Кременчуг весь был захвачен немцами, и они приезжали все в Полтаву, истерзанные, бешеные, измученные. В это время мы решили уезжать уже. Мы собрали все – жара ведь была, лето, а мы были все в зимней одежде и боялись ее оставить, взяли с собой. Полтава расположена, если вы там были – у нее город на горе, а под горой этот вокзал и станция. Вот, и мы…
И.: Которая «Южная»?
П.И.: Да, «Южная», да. Совершенно верно. И мы три раза туда спускались и возвращались обратно – не могли уехать. А перед тем, как ехать – это было вообще что-то немыслимое. Вот я стояла круглые сутки в очереди – родители, конечно, ждали меня… Я стояла в очереди за билетами, и стоило мне отойти на секунду, как они все орали, что я тут не стояла.

фрагмент 00:05:10—00:06:44

П.И.:Это было… эти вообще были люди из Кременчуга, ужасно несчастные, очень измученные, поэтому было очень трудно. Ну вот в конце концов благодаря этой бумажке, которую я придумала – не знаю вот как-то, зачем, но вот взяла такую бумажку… Соображала не так, как сейчас! И благодаря этой бумажке я пробивалась. А когда мы доехали до Куйбышева, там была вообще безнадёга сплошная. Пришла с этой бумажкой к начальнику станции, он сказал, что он ничего сделать не может. А вид был такой: вся площадь перед вокзалом заполнена вот такими группками людей, кучками – все семьи там стояли в очереди. И выехать было невозможно. И тут я встретила свою близкую приятельницу из Полтавы, и она сказала, что они в военном эшелоне едут в Чкалов. Я взяла свои вещи, своих родных и всех их побросала туда в этот эшелон, и так мы доехали до Чкалова. А там уже было нормальное сообщение до Орска. Вот Чкалов, потом Орск – и уже я была на месте. Вот так доехали. Ну вот так.

фрагмент 00:06:44—00:07:20

И.: Давайте тогда сделаем так: я попрошу сейчас, если можно, спойте ещё раз песню про ширибим, чтобы она ещё раз у меня осталась. Сейчас прервёмся, потому что я должен уезжать, а вы попробуйте потом ещё, может, что-то вспомнить, и я ещё к вам приеду.
П.И.: Хорошо, пожалуйста.
И.: В таком режиме. Про ширибим.
П.И.: Вы хотите ещё раз эту песню?
И.: Про ширибим. Если можно. Да, пусть она будет ещё раз.

00:07:20—00:07:32 И.: Шпаргалка?
Л.: Чего, бабушка?
И.: Шпаргалка?
00:07:32—00:07:50 И.: Ух ты.

фрагмент 00:07:50—00:08:30

П.И.: Так, ещё раз песню?
И.: Это про ширибим или про что?
П.И.: Это про «ду вест зайн а гвир, майн Зямеле».
И.: А, вот эта, да? (Лёне). Слушай, а можешь её сфоткать, вот эту штуку?
П.И.: Пожалуйста!
И.: Можно, сфоткаешь, пришлёшь потом? Щас, это вот мне…
Л.: Это ты написала специально, да?
П.И.: Я русским языком написала этот текст.
Л.: Красота какая! Спасибо!
И.: Сфоткай, пожалуйста, чтобы он у нас остался.

00:08:30—00:08:38 И.: Да. Если можно. Её и про ширибим.

фрагмент 00:08:38—00:08:55

П.И.: Спеть вам?
И.: Если можно.
П.И.: Если это называется пением.
И.: Давайте сначала про ширибим. Можно?
П.И.: А?
И.: Про ширибим сначала можно? А потом эту.
П.И.: Шири… как я сказала?
И.: Ширибим.

00:08:55—00:09:00 П.И.: «Аз их вел зогн шири-бири», да?
И.: Да. вот эту. Можно её сначала? А потом эту.

фрагмент 00:09:00—00:09:40

П.И.: Аз их вел зогн «шири-бири» – золт ир зогн «шири-бири-бом».
Аз их вел зогн – «лехо дейди» -- золт ир зогн «шири-бири-бом».
Шири-бири, шири-бири-бом. Шири-бири, бири-бири-бом.
И: Всё.
П.И.: Все мои таланты выложены!
И.: Хорошо. Так! А эту? И давайте эту ещё разок… Простыня целая…

00:09:40—00:09:42 П.И.: «Ду вест зайн а гвир»?
И.: Да.
00:09:42—00:10:22 П.И.: (Поёт куплеты 1 и 2)
00:10:22—00:10:38 П.И.: Подождите, а?...
И.: Вот здесь. Вот, дальше. Вот досюда вы дочитали. Вот досюда допели.

фрагмент 00:10:38—00:12:11

И.: Шлофн шлоф их аф а кербеле, ун мах а…
П.И.: Вот это вот я не могу теперь прочитать. «Шлофн шлоф их аф а…» Вы можете прочитать?
И.: Да, я могу прочитать вам. Вы написали здесь следующее: «Шлофн шлоф их аф ан кербеле…»
П.И.: Так.
И.: «…ун мах а мейц мит а скоринке».
П.И.: Да.
И.: «Ун лехаим мит ан шербеле фул мит брумл васер клоринке». Вот как.
П.И.: Вот. И всё?
И.: Нет, ещё дальше. «Ун ди киндер ун ди вайбеле зайнен ойсгепакт антикеле – дурх ин онецес дос лайбеле, ун фарфайфет мит а штрикеле».
П.И.: Вот как. А я видите, я забыла вообще эту часть. Могу вам пропеть.
И.: Сможете сейчас вспомнить: «Ун ди киндер, ун ди вайбеле…» Как это будет звучать?
П.И.: М?
И.: Как это будет звучать? Шлофн шлоф их аф ан кербеле…
П.И.: Я не вижу, где это «шлофн».
И.: Вот, смотрите – «шлофн» вот, а «ун ди киндер» – это вот.

00:12:11—00:12:25 П.И. (Поёт): Шлофн шлоф их аф а… кербеле, да?
И.: Да.

фрагмент 00:12:25—00:14:16 END

П.И.: Ун мах а… эйце… мит а скоринке. Ун лехаим мит ан шербеле, фул мит брунен васер клоринке. Всё.
И.: Угу. Да-да-да.
П.И.: А это что?
И.: «Ун ди киндер, ун ди вайбеле…»
П.И.: А! Ун ди киндер, ун ди вайбеле зайнен ойшт…гепакт а…тикеле. Дурх ин онец дос… а… майбеле.
И.: «Лайбеле» написано.
П.И.: …лайбеле, ун… фаррайфет мит а штрикеле.
И.: А, это «фаррайфет», да? Или «фарфайфет»? Я думаю, это «фарфайфет». Это «фарфайфет», мне кажется.
П.И.: Фарфайфет мит а штрикеле. Вот какое дело! Так что я, оказывается, вообще забыла эту часть.
И.: Хорошо. Так.
П.И.: Хорошего мало.
И.: Нет. Хорошо, что вспомнили сейчас, с бумажкой.